Если должник обанкротился и денег на погашение долга нет, кредитор вправе требовать взыскания с контролирующих лиц, то есть с директора, учредителя или фактического бенефициара, лично (ст. 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве). Привлечь можно за доведение компании до банкротства, за вывод активов, за непередачу документов и за неподачу заявления о банкротстве вовремя. Закон устанавливает презумпции, которые перекладывают бремя доказывания на контролирующее лицо (п. 2 ст. 61.11). Заявление подаётся в деле о банкротстве, а если дело прекращено из-за отсутствия средств, то отдельным иском (ст. 61.14, 61.19). Ориентир для судов: Постановление Пленума ВС РФ N 53 от 21 декабря 2017 года. Срок на подачу три года с момента, когда кредитор узнал об основаниях. Главное условие успеха это доказательства контроля и причинённого вреда.
Субсидиарная ответственность это инструмент кредитора, а не только угроза для директора. Когда у компании-банкрота пусто, закон позволяет добраться до личных активов тех, кто реально управлял бизнесом и довёл его до краха. Разберём, кого можно привлечь, за что, в какой срок и что кредитор получит в итоге.
Отвечают не любые сотрудники, а контролирующие должника лица, сокращённо КДЛ. Это те, кто в течение трёх лет до банкротства имел возможность определять действия компании (ст. 61.10 Закона о банкротстве).
К ним по умолчанию относят генерального директора, участников с долей более 50 процентов, а также лиц, которые извлекали выгоду из незаконного поведения руководства. Но круг шире формальных должностей: суд может признать КДЛ и фактического бенефициара, который не значился в документах, но реально принимал решения. Доказывают контроль через банковские подписи, переписку, показания, движение денег в пользу конкретного лица.
Закон называет два основных состава.
Доведение до невозможности погашения требований (ст. 61.11). Это случаи, когда из-за действий КДЛ компания не может расплатиться с кредиторами: выведены активы, заключены заведомо невыгодные сделки, испорчена или потеряна документация.
Неподача заявления о банкротстве (ст. 61.12). Руководитель обязан сам подать на банкротство, когда компания стала неплатёжеспособной. Если он это скрыл и продолжил набирать долги, он отвечает по обязательствам, возникшим после момента, когда заявление нужно было подать.
Это самое сильное оружие. По ряду обстоятельств закон предполагает вину КДЛ, и тогда уже контролирующее лицо должно доказывать свою невиновность, а не кредитор его вину (п. 2 ст. 61.11).
Презумпции срабатывают, в частности, если: совершены сделки, причинившие существенный вред кредиторам; не переданы или искажены бухгалтерские документы, из-за чего затруднено формирование конкурсной массы; более половины реестра составляют требования из-за налоговых или административных правонарушений. Если кредитор показал такое обстоятельство, разворот бремени доказывания резко повышает шансы.
Стандартный путь: заявление подаётся в рамках дела о банкротстве. Право на подачу есть у арбитражного управляющего, конкурсных кредиторов, уполномоченного органа и работников должника.
Но есть важная возможность для случаев, когда дело о банкротстве прекращено или не возбуждено из-за отсутствия средств на процедуру. Тогда кредитор вправе предъявить требование о привлечении к субсидиарной ответственности отдельным иском вне рамок дела (ст. 61.14, 61.19 Закона о банкротстве). Это спасает кредитора, которого пытаются оставить ни с чем, бросив пустую компанию.
Заявление можно подать в течение трёх лет со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать об основаниях для привлечения, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня действий, ставших основанием (ст. 61.14 Закона о банкротстве). Пропуск срока лишает права на взыскание, поэтому отслеживать ход банкротства и собирать доказательства нужно заранее.
После привлечения КДЛ к ответственности кредитор выбирает, как распорядиться своей долей требования (ст. 61.17 Закона о банкротстве): получить деньги через конкурсную массу, продать требование с торгов или взять право требования к контролирующему лицу себе и взыскивать самостоятельно. Последний вариант часто предпочтителен, когда у директора или бенефициара есть личное имущество. Чтобы оно не исчезло, одновременно просят обеспечительные меры, арест личных активов КДЛ. Значительная часть таких споров рассматривается в московских арбитражных судах, и в нашей практике в Москве исход определяют полнота доказательств контроля и своевременный арест имущества.
Мы представляем кредиторов в спорах о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности: выявляем реальных бенефициаров, доказываем вывод активов и контроль, добиваемся ареста личного имущества и взыскания. Помогаем выбрать оптимальный способ распоряжения требованием, чтобы кредитор получил деньги, а не строчку в реестре. Каждое дело начинаем с анализа оснований и сбора доказательств контроля.
Читайте также: Субсидиарная ответственность директора: как не платить долги компании из своего кармана (/news/subsidiarnaya-otvetstvennost-direktora).
Материал подготовлен юристами практики банкротных споров юридической фирмы Брифкейс.
Можно ли взыскать с директора, если у компании ничего не осталось? Да, именно для этого и существует субсидиарная ответственность: при доказанной вине КДЛ отвечает личным имуществом по долгам компании.
Реально ли привлечь скрытого бенефициара, а не номинального директора? Да, суд признаёт контролирующим лицом того, кто фактически принимал решения, даже если он не числился в документах. Это доказывается через переписку, движение денег и показания.
Что делать, если дело о банкротстве прекратили из-за отсутствия денег? Кредитор вправе подать заявление о привлечении к субсидиарной ответственности отдельным иском вне рамок дела (ст. 61.14, 61.19 Закона о банкротстве).
В какой срок нужно подать заявление? Три года со дня, когда кредитор узнал об основаниях, с предельными ограничениями в три года с даты банкротства и десять лет со дня действий (ст. 61.14).